Гражданская война. Белые в Сучанской долине Опции

[родовед]

А. Зуев. Оренбуржцы на Сучане.

Операции ДВ армии. Движение на Сучан.
Занятие рудника Сучан. Боевые операции оренбуржцев
в районе Сучана.
В конце ноября 1921 г. командование ДВ армии предприняло так называемое генеральное наступление по всей Приморской области с целью окончательного вытеснения красных банд с территории области, которые легко укрывались в Приморских трущобах. На Оренбургский полк была возложена задача: занять селение Кневичи близ станции Угольная. По занятии указанного пункта полк, согласно приказа комиссара З., выступил в поход на селение Шкотово, а затем и далее на р. Сучан. Из Шкотово полк двинулся на Новорождественское, при вступлении в которое он встретил группу партизан, при стычке с которыми, часть их попала в плен, часть была ранена, а остальные, воспользовавшись близко примыкавшей к селению тайгой, скрылись в ней. На следующий день полк перевалил через высокий хребет и спустился в долину р. Сучана, последовательно занимая селения Казанцево, затем Фроловку. В этих селениях, население совершенно было обольшевичено, вся молодёжь ушла в партизаны, а оставшиеся старики и малолетки злобно косились на наш приход… Церковь, например, в сел. Фроловка, была обращена в клуб, очевидно для танцулек!
Ещё через 1-2 дня нами был занят самый рудник Сучан, именно шахта № 2, как главный и центральный пункт всего рудника.
Нужно сказать, что на Сучане до революции работало до 16 шахт и ежедневно добывалось огромное количество угля, по своим качествам превосходящего все другие, добываемые на Дальнем востоке. Во время нашего пребывания на Сучане там работало только две или три шахты и то с большими перебоями и, конечно, мало интенсивно…
Штаб полка, приданный к нему пеший дивизион и одна сотня полка были размещены в театре, расположенном на высоком плоском холмике, обнесённом кругом проволочным ограждением в 3-4 ряда. Конная сотня была выдвинута к сел. Казанцево, на полдороге между Сучаном и этим селом, а две сотни полка вместе с артиллерийской сотней, сосланы во Владимиро-Александровское, 30 вёрст южнее Сучана. Там сотни также вынуждены были размещаться скученно и иметь надёжные укрепления, так как бесконечные ночные и дневные налёты партизан могли закончиться катастрофично для наших малочисленных гарнизонов.
Гористая, покрытая сплошь непроходимым лесом местность в районе Сучана, как нельзя более способствовала укрытию партизан в этих непроходимых трущобах, а обольшевиченные рабочие, да и всё население Сучана, заселённое по преимуществу ссыльными, создавало благоприятные условия для развития красной партизанщины. Не проходило дня, даже в месте расквартирования штаба полка, чтобы не было вооружённых стычек с красными партизанами.
В момент прихода на рудник № 2, значительно и больше всех населённом, не было дома, где не болталась бы красная тряпка, как символ «лояльности красным палачам»… Полиция отсиживалась в здании, оплетённом колючей проволокой и по-существу почти бездействовала. С нашим приходом все красные тряпки были сняты, а полиция как-будто начала проявлять признаки жизни!?
То же самое происходило и во Владимиро-Александровском. Церковь была опечатана, школа закрыта и т.п. Население жило в большой тревоге за будущее, не зная, кого признавать за истинных «правителей», красных ли, которые жили почти в каждом доме и в нужный момент скрывались, составляя маленькие отряды или белых, которые также, сегодня есть, а завтра ушли?!
В одну из поездок в это село генерала Наумова и Зуева они едва не стали жертвой нападения на них красных партизан. На обратном пути в Сучан, недалеко от села Владимиро-Александровского, именно в том месте, где дорога проходит по подошве горы, красные, устроив засаду, встретили этот маленький эскорт залпами с занятой ими сопки.
Заводской кучер, вёзший двух генералов в экипаже, до того перепугался, что бросил вожжи, и испуганные выстрелами лошади понеслись, сколь есть мочи по лесной и каменистой дороге. Нас сопровождали частые выстрелы; уже ранило двух лошадей из конвоя и 10 всадников, а экипаж мчался с такой быстротой, что почтенные генералы уже не думали о выстрелах, а опасались катастрофы с экипажем!. Наконец, кое-как удалось взять вожжи и удержать запыхавшихся лошадей. Тщетны были надежды партизан на пленение двух генералов, однако игра, как говорится, стоила свеч!..
Так части бригады, во главе с генералом Зуевым, простояли на Сучане с декабря 1921 года по июнь 1922 г. За это время бригадой много было понесено потерь и людьми, и конским составом, которые в то время являлись для нас невосполнимой утратой! Так в одной из разведок, уже накануне святой Пасхи, погиб есаул Н.А. Зырянов, а на ст. Новонежино, между Кангаузом и Шкотово, геройски погиб подъесаул Завьялов, который со взводом охранял эту станцию, и, видя безвыходность своего положения, так как часть его казаков попала в плен красным, подъесаул Завьялов ручной гранатой взорвал себя, но не отдал себя живым красным палачам. Этот славный самоотверженный подвиг подъесаула Завьялова, да послужит многим примером, как можно и должно жертвенно бороться с интернациональной сволочью. Да будет этому герою вечная память.
Но наряду с такими героическими действиями чинов полка были и прискорбные факты, как например уход некоторых казаков с подхорунжим Семёновым к красным. Это болезненное явление мятущейся души явилось как следствие чрезмерного утомления, физического и морального на фоне беспрерывной и, казалось, безнадёжной четырёхлетней борьбы с большевиками. Весьма вероятно, что каплей, переполнившей чашу душевных страданий несчастных беглецов, послужило отсутствие сколько-нибудь удовлетворительного питания за всё время пребывания бригады на Сучане.

А.А. Хисамутдинов. Российская эмиграция в Азиатско-Тихоокеанском регионе и Южной Америке. Библиографический словарь. Владивосток, 2000, стр. 132.
ЗУЕВ Аристарх Васильевич (28.04.1890, Кундравинская, Оренбургской области - 2.02.1944, Харбин) - офицер. Окончил Оренбургское казачье училище (1911). Участник 1-й мировой и гражданской войн. Последняя должность: командир полка и исполняющий обязанности командира Оренбургской казачьей бригады. Генерал-майор. Через Приморье эмигрировал в Маньчжурию (1922). Окончил Юридический факультет в Харбине (1930), занимался частной практикой. Начальник Союза казаков. Советник главного Бюро по делам Российских эмигрантов в Маньчжурии (с января 1941). Публиковал статьи в журнале «Рубеж» и в других изданиях. Атаман имени А.И. Дутова Оренбургской казачьей станицы в Харбине.
Соч.: Оренбургские казаки в борьбе с большевизмом, 1918-1922 гг.: Очерки - Харбин: изд. В.Г. Зуевой, 1937.

А.А. Хисамутдинов. Российская эмиграция в Азиатско-Тихоокеанском регионе и Южной Америке. Библиографический словарь. Владивосток, 2000, стр.216.
НАУМОВ Николай Матвеевич (5.12.1881 - 23.12.1953, Сидней) - офицер. Генерал-майор Оренбургского казачьего войска. Жил в Харбине, затем уехал в Австралию.

Эскизы прикрепленных изображений